Category: россия

Category was added automatically. Read all entries about "россия".

Свердловск. 1990-й

Во глубине уральских руд.
Там был мой детства институт.
То был Свердловск-суровый город
Где всяк гулял, поднявши ворот.
Чапаева и Большакова -
К ним часто возвращаюсь снова.
Там ныне - Екатеринбург,
Где вновь шаманит Демиург.

ЛЕТА ЛАСКОВАЯ ЛАПА

Приехали в Анапу –
Ну просто красота!
Там – солнечная лапа
Небесного кота…


Небо. Ветер.
Волны
Столетий.
Проходим – ух ты! -
В травах склон
Малой Бухты.
Тихо дышит море.
В нём –
Ни зла, ни горя.
Лета
Ласковая
Лапа.
Анапа.

ЮГРА: АРХАИКА В ПОСТМОДЕРНЕ

Югра, и Ханты-Мансийск как тихое сердце Югры – это классическое пространство смешения времён и эпох. Здесь город и лес, культура и природа, прошлое и будущее сосуществуют рядом. От центральной площади Ханты-Мансийска лес – в трёх-пяти минутах ходьбы. Это - Самаровский чугас, на котором некогда, ещё в до-русский период, располагалось хантыйское святилище. Наш знаменитый земляк, историк и краевед, Хрисанф Лопарев писал в своей книге 1896-го года «Самарово. Село Тобольской губернии и округа», что даже в конце 19-го века ханты, приезжая в Самарово, чувствуя сакральность этого места, приносили в жертв петуха: «… было что-то священное для остяцкого чувства и в самом селе Самарове. Ещё на нашей памяти, приезжавшие в село остяки покупали себе непременно петуха и при возвращении домой закалывали его на Иртыше против городища: приносили ли они жертву речному богу или справляли печальную тризну ввиду своей прежней столицы…». (Х. Лопарев/Самарово. Село Тобольской губернии и округа/Санкт-Петербург. 1896. С.5)
Современные ханты-мансийцы уже ничего не знают и не помнят уже об этом святилище. Какие-то отголоски проникли в городскую мифологию «о городе на семи холмах, городе сакральном, священном», но это осталось только в названии гостиницы на Биатлонном центре. Тем не менее, столица Югры на месте святилища - это и есть потаённый Черёмуховый город. Построенный на живой земле, с живыми традициями. В кедровом урочище Большой Черёмушник. И в современном, стеклобетонном Ханты-Мансийск эта архаика, лесное царство и ныне находится в трёх минутах ходьбы от центра города.
Архаика в (пост)модерне – и – наоборот.
Тихая моя Родина.

СВЕРДЛОВСКОЕ (КОФЕ ПАМЯТИ)

Когда мне было 16,
Я покупал по талонам 4 пачки папирос в месяц,
Складывал их в батарею,
Курил сам и угощал друзей.
Когда мне было 16,
Я сочинял песни
И пел их ночами со знакомыми и незнакомыми
В гулких общажных коридорах
Чапаева, 16.
Когда мне было 16,
Я уезжал в пять утра
От остановки "Музей Бажова"
На пятом троллейбусе
Смотреть кино троллейбусного окна,
Путешествовать до Уралмаша и обратно.
Когда мне было 16,
Я любил бродить в странных серых разлапистых джунглях
От Цирка до Декабристов,
Шагая через неведомые ручьи
По мостикам канализационных труб,
Как по лохматым шеям ушедших в землю динозавров.

Теперь мне 46.
И я пью кофе памяти.

ЮГРА

Югра -
Это гигантский мамонт.
Раскинувшийся во сне
Под огромным небом.
Хребет и рёбра его -
Приполярный Урал
И Ханты-Мансийские холмы.
Шерсть его - кедрач-тайга
И камыш на прибрежных лугах.
Проплешины за ушами -
Тундра и лесотундра,
Одуванчиковые и васильковые поляны.
Очи его - голубое Нум-То,
Синий Имитуй,
Небесное Лебяжье.
Мамонт во сне поёт-
И песни его
Звенят.

Свердловское (Кофе памяти)

Когда мне было 16,
Я покупал по талонам 4 пачки папирос в месяц,
Складывал их в батарею,
Курил сам и угощал друзей.
Когда мне было 16,
Я сочинял песни
И пел их ночами со знакомыми и незнакомыми
В гулких общажных коридорах.
Когда мне было 16,
Я уезжал в пять утра
На пятом троллейбусе
Смотреть кино троллейбусного окна,
Путешествовать до Уралмаша и обратно.
Когда мне было 16,
Я любил бродить в странных серых джунглях
От Цирка до Декабристов,
Шагая через неведомые ручьи
По мостикам канализационных труб,
Как по лохматым шеям ушедших в землю динозавров.
Теперь мне 46.
И я пью кофе памяти.

Опрокинуть времени чашку (Акростих Олегу Зикринскому на 35-летие)

Осенними снами укутал
Лес прОжитых лет берлогу.
Если музыку мира слышишь,
Ждёшь звёзд миксолидийского лада,
Куришь ночью, как Гайавата -
Ежи времён - твои братья.


Бал-маскарад переулков:
Ели, берёзы и кедры
Звенели зимней звездинкой.

Пели полночные парки!
Я невпопад улыбался -
То от радости, то от смущенья
И не в такт подпевал сорокам.

Светло. И заснеженно-странно -
Опрокинуть времени чашку,
Разлить по клеёнке Сибири
Озеро снов и сказок.
Колдовать миры за словами…

Урая дым

Где был вчера -
Там был Урай.
Сентябрь как май.
И неба чайка с ним.
И листьев жёлтый дым.
А из окна - река Конда,
Где утром мужики сидят
И ловят щук.
Замкнулось время.
В крюк.
И осень - как звезда.

СВЕРДЛОВСКОЕ (КОФЕ ПАМЯТИ)

Когда мне было 16,
Я покупал по талонам 4 пачки папирос в месяц,
Складывал их в батарею,
Курил сам и угощал друзей.
Когда мне было 16,
Я сочинял песни
И пел их ночами со знакомыми и незнакомыми
В гулких общажных коридорах.
Когда мне было 16,
Я уезжал в пять утра
На пятом троллейбусе
Смотреть кино троллейбусного окна,
Путешествовать до Уралмаша и обратно.
Когда мне было 16,
Я любил бродить в странных серых джунглях
От Цирка до Декабристов,
Шагая через неведомые ручьи
По мостикам канализационных труб,
Как по лохматым шеям ушедших в землю динозавров.

Теперь мне 43
И я пью кофе памяти.