Илья Верховский (ilya_verhovsky) wrote,
Илья Верховский
ilya_verhovsky

Category:
  • Music:

Александр Израилевич Шаров - волшебник, которого забыли

http://sf.convex.ru/books/475.htm



http://lib.align.ru/books/12386.html


…странная и интересная жизнь. Родители были профессиональными революционерами; работа как работа, только беспокойная слишком - и сына послали жить к бабушке, в местечко. Бабушка его очень любила, а дед водил его на чердак показывать свою самую хорошую и тайную тайну. Долго вёл по тёмному, тёмному-тёмному чердаку, а потом маленький Шера (так его звали) увидел тоненький и чуть рассеянный лучик света, который еле пробивался сквозь небольшое отверстие в дощатой крыше. "Вот, - тихо и загадочно шепнул ему дедушка, - вот моя тайная тайна...Вокруг - абсолютная тьма, ночь, чернота, как и мир весь, как и жизнь наша, а здесь - из самой беспросветной тьмы - солнечный лучик. Когда наступает праздник, я всегда прихожу сюда, смотрю, и думаю..." И Шера запомнил эту дедову тайну. Он сам стал таким лучиком. И в книжках своих светил щедро и солнечно, но тихо и пушисто. Никого не ослепляя и всем потихоньку рассказываю уже свою самую главную тайну... что без сказок на земле жить нельзя...без хлеба и вина - можно...без роскоши и даже почти в полной нищете - можно... даже без свободы(внешней) - можно. А без сказок - нельзя. В них - и хлеб, и свет, и свобода. В них - мир... Целый...
Однажды в местечке случился погром. Налетели казаки и один пьяный с шашкой погнался за ним. Его защитила бабушка; заслонила собой...
Бабушку убивали на его глазах... Это он тоже надолго запомнил. Позже, когда он станет взрослым, и будет писателем, он напишет документальную повесть о Януше Корчаке, где вновь, как в глубинах памяти, сойдутся воедино детская сказка...несчастный король Матиуш Первый... и абсолютно равнодушные к человеческим судьбам нелюди, для которых убийство - не катастрофическое разрушение целой вселенной - вселенной детской души, а обыденная работа.
Обыденная...
Отец Шеры выступал на митингах перед оборванным, полуголодным народом. Поначалу к Шарову-старшему относилитсь настороженно - он был образованным человеком, знал несколько языков, философию, политическую теорию и прочь. Но после того, как один из стоявших близко к оратору процедил: "Во... Развелось жидив на Руси... да в кожаных зипунах... а ты вон мой зипун возьми, а мне свой спинжак отдай" оратор, не моргнув глазом, блестевшем за стёклами пенсне, подошёл к человеку и без разговоров поменялся, - люди стали его уважать. Однако это не спасло ни отца, ни мать от гибели в хаосе революции, восстаний, мятежей и прочей огненной свистопляски тех сумасшедших лет. И мальчишкой ещё, лет 11-ти, Шера попал в школу-коммуну имени Макаренко. Это был почти аналог Республики Шкид, где беспризорников перековывали в достойных членов общества. Но Шере повезло. Несмотря на очень разные нравы детдомовцев (один раз над ним изрядно подшутили - зная, что он очень крепко спит, привязали его к железной сетке кровати, вынесли её на лестничный пролёт, перевернули и положили между перил, так, чтобы человек, когда проснулся - увидел прямо перед глазами многоэтажную пустоту, уходящую вниз. Они смеялись и ждали, когда же спящий проснётся и закричит, чтоб снять его. А он не кричал. Час, два. Уже все сроки были выжданы. Тогда его сняли и обнаружили, что он без сознания и почти не дышит. После осмотра врача выяснилось, что через секунду после того, как он проснулся, его обуял настолько дикий ужас, что он на вдохе потерял сознание... Не услышали крика весёлые парни. Не была их шутка оценена по достоинству) Шере попалась очень хорошая учительница литературы. Она не просто читала детям курс по программе. Она рассказывала про Пушкина, Достоевского, Гарина-Михайловского, Блока, Маяковского, Грина так, как будто это были её самые лучшие, самые любимые и близкие друзья. И воспитанники коммуны входили в литературу как в свой дом. Прямо как есть. Без штанов.
После Шаров стал биологом. Бороться с чумой, тифом, от которых на его глазах вымирали целые кварталы и деревни - представлялось ему наиглавнейшим и наиважнейшим делом. Служение человечеству - это слишком громкие слова. Он не любил громких слов. Он любил тихие, но мудрые, иногда очень горькие сказки. И Шера Нюренберг превратился в писателя Александра Шарова. Про биологов и медиков он тоже написал книжку. Он писал много - документальные повести, эссе по педагогике, живописи, прозу - и бытовую и военную, повести для детей, книги о сказке и сказочниках. И, конечно, сам писал сказки. И огромное ему спасибо, за то, что он просто жил на этой земле. Тода раба, рэб Шера...

И я до сих пор не знаю как его имя
Владислав Крапивин
или Александр Шаров
Но всех людей
он считал своими
Детьми
И сочинял для них сказки
он сочинял для нас сказки
он нам дарил
Любовь...

Донн, доннн, донн!
Донн, донн, донн!

так звенел колокольчик его души, и даст Бог, так прозвенит и твой...
Не надо плакать, милые!
У сказки - всегда хороший конец.
Subscribe

  • ФОТОГРАФ

    Фотографирую жизнь- стихами. Да только я – не простой фотограф Мои аппараты – душа и сердце А в них – ни выдержки, ни диафрагмы Приходит ночь –…

  • СВИНГ СИНИХ СИНИЦ

    Зима. Едет уже не на ярмарку, А обратно. Безвозвратно. -«Кряхчу, ворчу, Запутать хочу!…» Не выйдет. Ведь каждый видит: Всё раньше –  Светает,…

  • Голубь Филин

    Кротким голубем Перед людьми Филин ходил, От света пряча очи. К ночи Прилетал в гости Перьев пушистых горстью. Ночь поила малиновым чаем, Говорила…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 7 comments