Илья Верховский (ilya_verhovsky) wrote,
Илья Верховский
ilya_verhovsky

Category:
  • Mood:
  • Music:

Магистр блюзовой акустики Йорма Кауконен. Сегодня ему - 70.

 

Да кто такой этот чёртов Кауконен?

Йорма Кауконен. Обычное имя для американского парня, верно? Причём парня, без которого не только летопись рок-н-ролла и хиппи-движения осталась бы с вырванными страницами, но и история белого фолк-блюза 60-90-х годов, возможно, была бы унесена в небытие ветрами судьбы и памяти.
А многие ли в России знают это имя? Увы… Лишь истые старые хиппи, любители небезызвестного в психоделик-эпоху коллектива «Аэроплан Джефферсона» одобрительно покачают хайрами: «Да… Йорма… гитара…Грэйс Слик…Сюрреалистик Пиллоу… Эмбрионик Джорни…».



Да, всё это так. Один из первых персонажей Хэйт-Эшбери, постоянный участник хиппово-блюзовых джемов Лета Любви, растянувшегося на несколько коротких и сказочных лет, бессменный гитарист «Джефферсон Эйрплэйн» (ау, Блайнд Лемон! – родоначальник техасского кантри-блюза не был забыт хиппи-энтузиастами, сделавшими толстого слепого негра 20-х годов ни много, ни мало – авиатором:))).
Эта ипостась нашего героя задокументирована как дотошными исследователями молодёжных субкультур, так и летописцами рок-н-ролла. И уже вошла в историю. Причём буквально – в 1985 году Йорма Кауконен как гитарист «Аэропланов» был внесён в Зал Славы Рок-н-Ролла.
Но «Аэропланы» - «Аэропланами», а была у Йормы и иная страсть, которая в сём славном коллективе, увы – не могла быть реализована до конца. Что ж поделать, человек – сложное существо. А Йорма любил акустический фолк-блюз. И не просто любил, но и играл его - с огромной любовью и удивительным вдохновением, синтезируя традиционное фолк-блюзовое акустическое звучание со своим уникальным стилем звукоизвлечения, которое ему помог выработать ещё один слепой старый негр, называвший себя Reverend - Преподобным…
Впрочем, обо всём по порядку.

Детство, отрочество, юность или Его Университеты

Йорма Кауконен появился на свет в 1940-м году в Вашингтоне, округ Колумбия. По происхождению можно с уверенностью считать Йорму стопроцентным американцем (born to a Finnish American father and an American born Russian Jewish mother) со скандинавско-киевскими корнями. Прямо без пяти минут князь Олег:)
Отец его был чиновником Иностранной Службы, и по долгу этой самой, далеко не самой загадочной, но в меру романтической службы – долгое время был вынужден проводить в путешествиях. Попутешествовал с ним и сын, с ранних лет отличавшийся интересом к музыке, и попутно впитывая в себя всё самое интересное из музыкальных культур, встречавшихся на маршрутах семьи Кауконенов – от пакистанских экзотик-инструментов до гавайской слайд-гитары. Вернувшись в Америку уже подростком, Йорма сам попросил купить себе гитару, и впервые, ещё неумело, начал путешествовать по грифу, пытаясь воспроизвести классические стандарты старых мастеров кантри – Роя Экьюфа (Roy Acuff), семьи Картеров (Carter Family) и иже с ними.



Тогда же он услышал и блюз. Всё. Предпосылки к музыкальной деятельности были уже сформированы, и зёрна кантри-блюза упали на вполне подготовленную почву. Но для рождения Музыканта не хватало главного – собственного почерка и стиля.
Уже в студенчестве, Йорма встречается со многими музыкантами, в частности с его будущим многолетним соратником Джеком Кэсэди (Jack Casady), с которым они вместе мечтают создать рок-бэнд. Сказано – сделано, и через некоторое время появляется «Аэроплан Джефферсона». Однако – это уже другая опера, и наш рассказ – не о ней.
В начале 60-х Йорма уже вплотную приблизился к блюзу, и весьма пристально, но несколько удивлённо его разглядывал. Ведь блюз – это целая Вселенная, - так как же в ней освоиться 20-летнему мальчишке? Он ходил на концерты «блюзового шамана» Джона Ли Хукера, посещал выступления звёзд фолк-пьедмонского блюза – Сорни Терри и Брауни МакГи. И как раз пьедмонтский, «акустик-пальцевый стиль» и заинтересовал Йорму более всего.
Но кульминацией его поисков стала - через своего первого гитарного учителя Иэна Бьюкенена (Ian Buchanan) - встреча с музыкой легендарного слепого чёрного блюз-, госпел- и спиричуэл-гитариста, который называл себя Преподобным Гэри Дэвисом (Reverend Gary Davis). О его судьбе и песнях исследователями корневой американской музыки написано уже немало статей и книг, но для Йормы – он сам стал как большая настольная книга. Игра Гэри Дэвиса настолько захватила молодого белого гитариста, что он понял – ЭТО – его. И это – навсегда.
До сих пор Йорма с большой нежностью и потрясающим «проживанием-песни-изнутри» исполняет некоторые номера Преподобного Гэри Дэвиса – человека, показавшего ему путь. «Death Don't Have No Mercy» - этот тревожный, мерцающий неподдельным трагизмом акустический гимн Дэвиса – заиграл на струнах у Йормы новыми оттенками, но нисколько не утратил своей сути. Вы ещё не слышали этого? Жаль…




Первые блюзы: рецепты гитарной техники
от Йормы и… Наумова


Сам Йорма вспоминал, что начал играть на гитаре с 16 лет. И когда играл кантри, и блюграсс, и когда уже подобрался к блюзу – говорил, что у него никогда не было желания стать сверхизвестным и супертехничным гитаристом-бэнд-лидером. Он просто очень любил играть и петь. И его первой «музыкальной школой» - было всего лишь непрерывное музицирование. Когда он учился в колледже, - в любой свободный момент – он хватал гитару, и было крайне проблематично заставить его расстаться с любимым инструментом.



Любопытная параллель – в начале 80-х в городе Новосибирске аналогичной «гитарной манией» радостно мучился ещё один небезызвестный ныне обитающий в Нью-Йорке - акустический гитарист-виртуоз по имени Юрий Наумов.

«Техника –это дело десятое, - вспоминал Наумов. – Играть, импровизировать по 6-7 часов в день –вот это великолепно. А техника - придёт потом».

«Я очень любил просто играть и петь, - вспоминал Йорма. - Если у меня была хоть малейшая возможность – я играл часов по 8 в день».


Как мы уже упоминали, под влиянием Гэри Дэвиса, Кауконен начал экспериментировать с «пальцевым» стилем игры, известным как finger picking stile. Эта манера игры представлена в блюзе т.н. пьедмонтской традицией, где почти никогда не используется медиатор (вместо него на пальцы надеваются «когти») и игра слайдом. В «фингерстайле» – много общего и с традицией чёрного сельского рэгтайма, и отчасти – с кантри-музыкой. Великими учителями Кауконена, как и многих иных акустик-пальцевых гитаристов были такие легендарные для истории блюза персонажи как Блайнд Блэйк, Блайнд Бой Фуллер, Брауни МакГи. И Йорма – был хорошим учеником.

Хиппи–блюзовая юность Кауконена,
или почему Клэптон не хиппи?


Об этом написано – уже достаточно много. И тем не менее…
Хэйт-Эшбери – мечта, ставшая реальностью – лишь для того, чтобы раствориться через несколько лет в памяти и мемуарах тех, кто дожил до их написания. А ведь часть истории белого блюза – лежит именно там.
И пусть британский блюз-монстр Эрик Клэптон, вспоминал о гастролях “Cream” в Калифорнии: “Честно говоря, там не было по музыке – вообще ничего интересного. Вообще, во всей Америке – за исключением явных гигантов блюза – ничего не произвело на нас впечатления. “Биг Бразерс”, “Джефферсон Эйрплэйн”, “Грэйтфул Дэд” – всё это было неинтересно”.
Потому и было. Что сам Клэптон – как и добрая половина британцев – ИГРАЛИ изощрённую музыку. А калифорнийские хиппи – ВНУТРИ музыки жили. И моменты техничности игры или супервиртуозности – народ на Хэйт-Эшбери волновали, как прошлогодняя картошка. Послушайте “Ранние Перформэнсы” или «The Typewriter Tape» Джэнис Джоплин. Есть там изощрённая музыка? И рядом не пробегала. А что там есть?
А есть там, помимо гитары юного Кауконена в доброй половине песен – удивительная атмосфера, гармония и огромная любовь к тем старинным блюзам, которые самозабвенно выпевала далеко-ещё-не-звезда по имени Дженис. Лидбэлли, Бэсси Смит, Джесси Фуллер, Джимми Кокс - вот источники вдохновения того, хиппи-блюза Лета Любви.



И если Клэптон, при всём своём несомненном таланте и любви к Роберту Джонсону, сделал с “Cream” джонсоновский “Crossroads” достаточно, простите, натужно, стараясь уложить непослушный дельта-блюз в прокрустово ложе импровизационного гитарного блюз-рока, то Йорма и Дженис – мало задумывались о том, как это выглядит со стороны. Они просто играли и пели, искренне радуясь молодости и любимой музыке. Потому что простой, старый акустический блюз – это зеркало человечьей души, а не искусно сфабрикованный блестящий фантик для коммерческих продаж.

“…я иногда любил людей
и просто пел для них
и вряд ли
я смогу отдать им что-нибудь ещё…”

Ю. Наумов


Блюзы длиной в пол-века:
новое и старое в Йормином зазеркалье


Йорма, ещё до того, как собрал свой фолк-блюзовый проект Hot Tuna, - сделал одну в своём роде удивительную вещь – он переоткрыл для белой публики, посещающей хиппово-психоделические концерты самые глубинные, самые древние, корневые, почти мифические блюзы. Судите сами – среди его любимых песен, постоянно кочевавших из репертуара одного концерта в другой на протяжении нескольких десятков лет – добрую половину составляет дремучая архаика. True Religion – не что иное как версия той самой вещи, которую в один из самых первых своих сеансов грамзаписи на «Парамаунте» в Чикаго увековечил отец, а точнее - дедушка техасского блюза Блайнд Лемон Джефферсон. Hesitation Blues – по материалам Пола Оливера задокументирован ещё в 10-х годах 20-го столетия, и приписывается авторству (хотя что есть авторство в блюзовой, глубоко народной традиции?) «отца блюза» джазмена У.К. Хэнди.



Candy Man – ещё одна фольклорная классическая вещь, вызывающая из небытия памяти великолепные имена Миссиссипи Джона Харта и Преподобного Гэри Дэвиса. Keep Your Lamps Trimmed And Burning – как не вспомнить «райкудеровского» и «ледзеппелинского» вдохновителя - великого Блайнд Уилли Джонсона?
А Police Dog Blues довоенной звезды блюз-рэгтаймовой гитары Блайд Блэйка?



И подобных примеров можно привести множество. Соль, суть, сердце того, что делал Йорма Кауконен – здесь, с этими песнями и с этими именами. Но Йорма не был бы Музыкантом с большой буквы, если бы играл всего лишь кавер-версии. Он же – создал неповторимый сплав из различных блюзовых традиций и направлений… и поселил их на грифе своей шестиструнки и мягкого, доброго, чуть печального и будто обволакивающего голоса. И каждый его концерт до сих пор – это сеанс фолк-блюзового акустического волшебства, неторопливый разговор голоса и гитары, медленных протяжных «разговаривающих» слоу-блюзовых нот, и быстрых, щёлкающих трелей рэговых «пьедмонтских» гитарных фраз, рассыпающихся из-под его пальцев. И его улыбка…
Это улыбка толстого, бородатого, добродушного человека, который не зря прожил свою жизнь. Играя любимую музыку. И вдохновляя других…

Что потом? Послесловие к биографии

Биографическая канва жизни Йормы Кауконена – в общем, не сложна. Но разве в ней суть? Жил, играл, пел. В 1969 году вместе со старым другом Джеком Кэсиди – басистом «Аэроплана» организовал свой фолк-блюзовый проект Hot Tuna. Играли блюзовые программы – и в акустике и в электричестве. Великолепно выступили в Карнеги-Холле – с чёрным скрипачом (между прочим, 1917-го года рождения) Папой Джоном Кричем, который подыгрывал и “Аэроплану”.
Вот Папа Джон с Йормой в акустике:



А вот как скрипка звучит в электрическом вудстоковском «Анкл Сэм блюзе»:



Далее – заносило Йорму во всякое. К середине 70-х он в Hot Tuna экспериментировал со звуком, доходя до весьма жёсткого (но всё же никак не “хэви-метал”, как я с большим удивлением прочёл в одной интернет-энциклопедии), делал мисиссипские стандарты Мадди и Роберта Джонсона в гитарно-фанковой обработке. Но снова и снова возвращался к акустике и к СВОЕМУ репертуару. В 1994–м отпраздновал с друзьями четверть-вековой юбилей Hot Tuna. И до сей поры – более, чем успешно концертирует. Был приглашён играть в турах с “Los Lobos” и “Black Crows”, Стэнли Джорданом, Кенни Баррелом и Стивом Морзом.
Открыл вместе со своей женой – собственный гитарный лагерь (http://www.furpeaceranch.com), где вместе со своими соратниками обучает людей игре на гитаре и иных традиционных инструментах по простому, мудрому и извечному принципу: ”Музыка – должна приносить человеку радость”. Оборудовал там классы, площадки для выступлений и всё необходимое. Даёт уроки. Записал несколько “инструкторских” видео. Часто заезжают к нему – для такой же преподавательской деятельности - друзья: Рори Блок, Арло Гатри, Джек Кэсэди и другие. И всё у него хорошо.
Живёт человек. Играет, поёт. И учит других тому, чему в своё время научился от одного слепого негра - находить собственные пальцевые тропинки на грифах таких простых и таких удивительных шестиструнных акустик. Потому что музыка – должна приносить людям радость…..



Ссылки:
http://www.jormakaukonen.com/
http://www.hottuna.com/
http://www.furpeaceranch.com/
Tags: блюз
Subscribe

  • КОФЕ И ПАПИРОСЫ (Кухонный театр)

    Я вижу перед собой чашку чая. А это не чашка – это настольное море. А по морю плывёт чаинка. Только это не чаинка – это корабль. А в пепельнице –…

  • ДЕНЬ РОЖДЕНЬЯ МАМЫ

    Есть такой город Рига. В нём живёт моя мама. И у неё сегодня день рождения. Там, наверное, снег. А может быть, уже и почти дождь. Ведь и море, и…

  • ВЕРХОВСКИЙ И СЫН. ОНЛАЙН-КОНЦЕРТИК

    1. ПЕСЕНКА СТРАНСТВУЮЩИХ МУЗЫКАНТОВ (ИДЛ МИТН ФИДЛ). Слова – Ицик Мангер, музыка – Абрам Эльштейн, русский текст – Илья Верховский. 2. ЗВЕРЬ ИЗ…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 15 comments

  • КОФЕ И ПАПИРОСЫ (Кухонный театр)

    Я вижу перед собой чашку чая. А это не чашка – это настольное море. А по морю плывёт чаинка. Только это не чаинка – это корабль. А в пепельнице –…

  • ДЕНЬ РОЖДЕНЬЯ МАМЫ

    Есть такой город Рига. В нём живёт моя мама. И у неё сегодня день рождения. Там, наверное, снег. А может быть, уже и почти дождь. Ведь и море, и…

  • ВЕРХОВСКИЙ И СЫН. ОНЛАЙН-КОНЦЕРТИК

    1. ПЕСЕНКА СТРАНСТВУЮЩИХ МУЗЫКАНТОВ (ИДЛ МИТН ФИДЛ). Слова – Ицик Мангер, музыка – Абрам Эльштейн, русский текст – Илья Верховский. 2. ЗВЕРЬ ИЗ…