Илья Верховский (ilya_verhovsky) wrote,
Илья Верховский
ilya_verhovsky

Categories:
  • Music:

Александр Шаров. Володя и дядя Алёша. Часть 2-я

Они постояли несколько секунд. Дядя Алёша протянул Володе руку:
— Прощай, воробей!
— И ко мне... Ко мне тоже не будете приходить? — через силу спросил Володя.
Длинный человек наклонился и, близко вглядываясь в большие серые Володины глаза, сказал:
— Нет, к тебе я буду приходить. Раз в месяц — первого числа... Если не заболею или не уеду.
Они пожали друг другу руки.
«Первого числа! Первого числа!» — про себя повторял Володя.
А дядя Алёша поднял его и посадил на плечо.
Тогда Володя рассказал ему про Редисочного и Яблочного человечков. Как они пропали.
- Хм... Вовсе они не пропали, а просто отправились за кораблём. Тем самым, который под зелёным парусом. Понимаешь?
— Ага, — ответил Володя, а про себя на всякий случай повторил, чтобы не забыть: «Первое число... Первое число...»
— Найдут корабль, починят его и приплывут.
— А потом?
— Потом мы отправимся путешествовать.
— По всем морями
— Да, по всем морям.
— Редисочный человек будет капитаном, — подумав немного, сказал Володя.— Потому что он старый. У него вон какая белая борода.
Дядя Алёша рассеянно потрогал свой подбородок и сказал тихо, как по секрету:
— У меня тоже, если не побреюсь, растёт белая борода.
— Тогда... Тогда вы будете капитаном. А Редисочный человек — помощником капитана, — неуверенно сказал Володя. Он-то знал, что Редисочный человек насмерть разобидится. — Будет помощником и будет вертеть баранку.
— Штурвал! На машинах баранка, а на кораблях штурвал,— сказал дядя Алёша.— Нет, раз договорились, так тому и быть. Редисочный человек будет капитаном и будет стоять у штурвала. Яблочный человек — помощником капитана; он будет смотреть в подзорную трубу. А мы с тобой пойдём в матросы.
— И тётю Веру возьмём, — не очень уверенно предложил Володя.
— Она не поедет,— ответил дядя Алёша.
Володя обрадовался, но посмотрел на дядю Алёшу и сказал:
— Жалко... — Потом тише: — Немножко жалко.
У ворот дядя Алёша опустил Володю на землю и быстро ушёл.
Дома Володя первым делом спросил бабушку:
— Бабушка, бабушка, завтра Первое число?
— Какое там первое — десятое, — ответила бабушка.
И на второй, и на третий, и на четвёртый день Володя всё спрашивал бабушку, когда она укладывала его спать:
— Завтра первое число?
— Приставучий... — отвечала бабушка. — И сдалось тебе это первое!
А однажды вечером бабушка сама сказала:
— Завтра первое число, и ещё воскресенье. Дождался!
Володя думал, что он всю ночь будет лежать с открытыми глазами. Но он лёг и сразу уснул.
А когда проснулся, шёл дождь. Всё окно затекло.
Володя знал, что бабушка не отпустит его в такую погоду; тихонько надел плащик, шапку и ушёл без спроса: дверь он умел открывать сам.
Над пустым двором висели низкие лохматые тучи. Было не совсем светло, будто солнце ещё не поднялось или уже закатилось. Капли били по лужам, стенам, стволам деревьев, по мокрому асфальту, и всё было наполнено однообразным скучным шумом. Было холодно. На лужах набухали большие пузыри, будто оттуда огромными выпуклыми глазами глядели рыбы, или жабы, или крокодилы.
У Володи сразу намокли ботинки и вода затекла за ворот. Он ходил от ворот к забору и повторял про себя: «Первое число... Первое число...»
Деревья без единого листочка тоже зябли. И дом озяб, и пустой двор.
Чтобы согреться, Володя повторял «первое число громче и шагал быстрее.
Дядя Алёша всё не показывался.
Стало совсем холодно, и Володя вернулся домой.
Бабушка переодела его, а ругать почему-то не стала. Сказала только:
— Какой-то ты не такой...
Володя забрался в дедушкино кресло у окна, Иногда стекло совсем затекало дождевыми каплями, а иногда дождь редел, и двор открывался.
Там было пусто.
Двор стал тёмно-синим, почти чёрным. Мутным светом зажёгся фонарь над воротами, огни в окнах.
— Идём ужинать! — позвала бабушка.
Володя попробовал подняться, но не смог.
— Голова болит... И жарко... — пожаловался он.
— Допрыгался! — сказала бабушка, холодными губами коснувшись его лба.
Она быстро постелила и уложила Володю в постель.
— Ты не уходи, — попросил Володя, закрывая глаза.
На всякий случай он крепко уцепился за бабушкину руку.
Было жарко. Очень жарко.
Он сразу очутился на берегу моря, от которого дул сухой жаркий ветер. И к берегу пристал корабль под зелёным парусом. Он узнал этот корабль.
Море было тёмное; из глубины выглядывали рыбы с выпуклыми страшными глазами.
На палубе стоял Редисочный человек и вертел штурвал... Серебряные пуговицы на его куртке сверкали гораздо ярче, чем обычно, даже ярче, чем звёзды. На голове была новенькая фуражка с золотым гербом.
Не отрываясь от штурвала, он крикнул:
«Эй, там, на берегут К пристани подходит корабль под командованием адмирала Редиски!»
Яблочный человек смотрел в длинную подзорную трубу.
Когда корабль пристал и Володя поднялся на палубу, адмирал Редиска усмехнулся в длинную белую бороду и спросил:
«Жарко?»
«Не очень», — ответил Володя.
Он думал: «Скажешь, жарко, голова болит,— оставят дома, не возьмут в путешествие». А ему очень хотелось путешествовать.
«Нет, жарко! — сказал адмирал Редиска, поворачивая штурвал.— Так и должно быть. Ведь мы плывём в Жаркую страну».
Рыбы, которые глядели из воды выпуклыми глазами, были огромные и страшные, но добрые.
«Виден берег», — доложил Яблочный человек, глядя в подзорную трубу.
«Это Жаркая страна», — сказала самая большая рыба; она плыла рядом с кораблём.
На берегу росла яблоня — та, которая раньше была сухой.
Володя сразу узнал яблоню, хотя на ней было очень много больших красных яблок и на всех ветках ярко зеленела листва.
Под яблоней в своём кресле сидел дедушка и читал газету.
«Поплывём дальше?» — спросил дедушку адмирал Редиска.
«Как же мы поплывём дальше, если сегодня первое число»,— ответил дедушка, отрываясь от газеты.
— Ну конечно, первое число! — крикнул Володя. Он так обрадовался, что даже почти перестала болеть голова.
И только он крикнул: «Первое число!» — показался дядя Алёша.
Он бежал к кораблю очень быстро, семимильными шагами.
Справа от него бежал слон — настоящий, с хоботом, храбрый, но только очень маленький, не больше спичечной коробки. А слева бежала мышь — большая, как гора.
«Вот и мы!» — громко и. красиво, так, что слышно было на сто километров кругом, подняв хобот, протрубил маленький настоящий слон.
«Вот и мы!» — еле слышно пискнула мышь, большая, как гора.
«А я по тебе соскучился», — сказал дядя Алёша, протягивая Володе руку.
«Все на палубу!» — приказал адмирал Редиска.
И все поднялись на корабль.
Дядя Алёша шёл впереди и нёс дедушкино кресло. Дедушка на ходу читал газету. Слон, подняв хобот, трубил.
Только мышь, большая, как гора, осталась на берегу; она бы не поместилась на корабле.
«Я и тут не пропаду!» — пискнула мышь.
Слон трубил так, что звенело в ушах.
Болела голова, но было весело.
«Мы поплывём в Самую Жаркую страну», — сказал адмирал Редиска, поворачивая штурвал.
И они поплыли.
А потом наступило утро.
Володя не спал, но не сразу открыл глаза. Наконец открыл и увидел: дедушкино кресло пусто.
Нет ни дяди Алёши, ни маленького настоящего слона.
Только бабушка сидит рядом.
— Сегодня первое число? — через силу спросил Володя.
— Второе, маленький! Будет ещё первое число. Спи и ни о чём не думай.
«Ну конечно, — закрывая глаза, подумал Володя,— сегодня второе число, поэтому и нет ни дяди Алёши, ни слона, никого».
...Они плывут по морю.
Адмирал Редиска вертит штурвал, Яблочный человек смотрит в подзорную трубу, дедушка сидит в кресле и читает газету.
Маленький настоящий слон трубит, и рыбы плывут в разные стороны, освобождая кораблю дорогу.
Перед носом корабля катится вал с белым гребнем, как мыльная вода перед шваброй.
— «Не видно земли?» — скрипучим голосом спрашивает адмирал Редиска.
— «Справа по борту Очень Жаркая Страна», — с верхушки мачты отвечает дядя Алёша.
Горячий ветер дует в лицо.
— Пить! — пересохшими губами прошептал Володя.
— Сейчас! Сейчас!..
Не раскрывая глаз, Володя пьёт что-то прохладное, кисло-сладкое.
Ветер становится не таким жарким.
Володя спал.
Бабушка сидела рядом, и Володя крепко держался за её руку.
А потом Володя выздоровел. И было первое число, когда светило солнце, но всё время падал снег; дядя Алёша не приходил.
И первое число, когда ёлка.
На ёлку бабушка подарила Володе слона.
— Спасибо! — поблагодарил Володя.
— Я думала, ты обрадуешься, — сказала бабушка.— Ты, когда болел, всё время повторял: слон... слон... Да разве тебя поймёшь?
«Я обрадовался. Немножко... » — про себя договорил Володя.
Но он совсем не обрадовался, потому что слон был хотя и маленький и с хоботом, но железный, холодный, а не настоящий.
Настоящего слона Володя помнил хорошо. Как слон трубил! Так, что звенело в ушах. А дядю Алёшу он забывал иногда, но очень редко...
...Было первое число, когда выглянули травинки. Володе уже исполнилось четыре года. И он возвращался из детского сада один, без бабушки.
А ещё через несколько дней на всех деревьях во дворе и на той яблоне, которая раньше была сухой, стали набухать почки.
Раз Володя стоял около яблони и вдруг услышал:
— Здравствуй, воробей!
Володя быстро повернулся, но стоял, не поднимая головы.
Почему-то он боялся поднять голову.
— А я по тебе здорово соскучился, — сказал дядя Алёша.
Володя всё так же смотрел под ноги. Земля была совсем зелёная.
Дядя Алёша поднял его и посадил на плечо.
— А вы приходили? Тогда? — спросил Володя.
— Нет, — ответил дядя Алёша. — Я ведь уезжал, и болел... и вообще...
Далеко внизу зеленела трава.
На щеках и на подбородке у дяди Алёши действительно росла седая щетина.
Лицо от этого казалось серым.
— Тогда... Со слоном... — напомнил Володя.
— Со слоном?! — Дядя Алёша улыбнулся. — Ну конечно, приходил... С настоящим маленьким слоном, и с мышью, и с розовым пеликаном.
— И пеликан тоже был? — неуверенно спросил Володя.
Пеликана он не помнил.
— Конечно. Он только сделался невидимым; он это умеет — превращаться в невидимку. Испугался Редисочного человечка и стал невидимым розовым пеликаном.
— Испугался адмирала Редиски, — поправил Володя.
— Да, да! Он испугался адмирала Редиски. Ведь Редиска сердитый адмирал.
Они шли к дому.
И Володя был великаном. Он старался смотреть не вперёд, потому что впереди, очень близко, был его подъезд, а только вниз.
Внизу был то асфальт — серый, как море, то трава — зелёная, как море.
— Адмирал Редиска немножко сердитый, но всё-таки добрый, — сказал Володя.
— Верно, — подтвердил дядя Алёша. — Вот Яблочный человек совсем добрый. Куда уж ещё! И розовый пеликан добрый.
Только теперь Володя совсем вспомнил невидимого розового пеликана. Как он сидел на вершине мачты с зелёным парусом и всё смотрел на берег Жаркой страны. И иногда пеликана было хорошо видно, а потом он становился совсем прозрачным, как из стекла.
— Мышь осталась одна. Да чего ей!.. Она ведь большая, как гора, — сказал Володя.
— Большая, как гора,— повторил дядя Алёша.— Большим, знаешь, тоже не очень легко, когда они остаются одни.
— Попросим адмирала Редиску и поплывём к ней в гости, — предложил Володя, — в Жаркую страну.
— Непременно!
Дядя Алёша снял мальчика с плеча и поставил на землю.
Они уже подошли к Володиному подъезду.
— До свиданья, воробей!
— До свиданья, дядя Алёша! Вы ещё придёте?
— Обязательно!
Володя смотрел вслед дяде Алёше, пока тот не скрылся за углом дома.
Володя открыл дверь и стал сперва медленно, а потом всё быстрее и быстрее подниматься по лестнице.
Он не шёл, а плыл или даже летел. Ветер наполнял зелёный парус. Розовый пеликан взмахивал крыльями на вершине мачты. Подняв хобот, изо всей силы трубил маленький настоящий слон; Володя только надувал щёки.
«Первое число... Первое число...» — про себя повторял Володя, и попутный ветер дул всё сильнее.
Subscribe

  • ФОТОГРАФ

    Фотографирую жизнь- стихами. Да только я – не простой фотограф Мои аппараты – душа и сердце А в них – ни выдержки, ни диафрагмы Приходит ночь –…

  • СВИНГ СИНИХ СИНИЦ

    Зима. Едет уже не на ярмарку, А обратно. Безвозвратно. -«Кряхчу, ворчу, Запутать хочу!…» Не выйдет. Ведь каждый видит: Всё раньше –  Светает,…

  • Голубь Филин

    Кротким голубем Перед людьми Филин ходил, От света пряча очи. К ночи Прилетал в гости Перьев пушистых горстью. Ночь поила малиновым чаем, Говорила…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 2 comments