Илья Верховский (ilya_verhovsky) wrote,
Илья Верховский
ilya_verhovsky

Category:
  • Mood:
  • Music:

Ицик Мангер. Жертва.

Ицик Мангер – странный, тревожный, сумрачный поэт. Но при этом поэт удивительной силы, умеющий проводить читателя через боль и тоску к свету. Его судьба каким-то провиденциальным образом до мельчайших подробностей повторила судьбу всего еврейского народа в 20-м веке. Родился в Черновцах в 1901 году в семье бедного портного, получил хорошее образование – как традиционное, так и светское, свои стихи на идиш начал писать с 17-ти лет. Жил в Румынии, Польше, активно участвовал в литературном движении, мечтал о великом будущем еврейской литературы. Получил прозвище «Принц (Король) поэзии». Автор многих имевших успех пьес и ставших народными песен. Среди них – великолепный гимн неунывающим странствующим музыкантам-клезмерам, которые знают, что в сущности вся жизнь – это песенка, спетая Б-гом, и как бы не было плохо – ни злиться, ни огорчаться –просто не стоит. «Идл митн фидалэ, Арье митн бас…»
Но всё чётче и точнее звучали в его стихах предчувствие неотвратимой беды, тотальной гибели, нечеловеческого хоровода смертей. Катастрофы, или как её называют на еврейском – Хурбм. И она пришла. Потом пришёл 1945-й. Но…
Когда русские остановили немцев, и дошли до Берлина – оказалось, что до евреев в Европе (Алтэр Хэйм – Старый Дом, как называли свою родину бывшие ашкеназы) собственно, никому нет дела. И они поехали – кто в Америку, кто в Израиль. Уехал в Америку и Ицик Мангер – потерявший в печах и выгребных ямах, ставших братскими могилами и родных, и друзей и читателей. Усталый старик 49-ти лет. И всё чаще в его стихах звучали мотивы одиночества, тоски и алкоголя. Он не слишком долго прожил в Нью-Йорке, где работал литератором и журналистом. Однажды посетив Израиль, он после некоторых раздумий решает перебраться на родину отцов, Святую Землю – Хэйлик Ланд. И жил Ицик в Израиле до самой своей смерти. Рассказывают, что однажды он посадил дерево. И сказал: «После моей смерти на ветви этого дерева прилетит птица. Это будет моя душа».
Будет, Ицик. Она уже там.

Стихотворение «Жертвоприношение Ицика». Я - перевёл. Переводить было очень тревожно. Стихотворение страшное, полубезумное, но – что, собственно, и жутко – пророческое. Написано около 1937 года. Сам Ицик в детстве воспитывался у своего деда балагулы Аврэмла из городка Стопчет, о чём он и вспоминает в стихотворении, которое есть одна развёрнутая метафора на жертвоприношение праотцом Абрахамом своего сына Ицхока. Только – не дотикавший ещё до своей середины 20-й век. И евреи в Европе ещё живут. Мечтают, надеются, пишут книги, влюбляются, заводят детей…

Жертва Ицика

Качай меня, качай меня, судьба слепая
Я сплю и вижу сны с раскрытыми очами
Я вижу как серебряная птица
Через моря летит ко мне ночами

И что несёшь ты мне, серебрянная птица?
То знает в небесах Г-сподь один
Быть может, деда моего священный кубок
Святой земли сладчайшего из вин

Но кто же помнит деда моего простое имя?
Вот он и сам. Уже идёт ко мне.
Весёлый балагур и городской извозчик.
«Эй, Ицик, ты готов?». Сам будто весь в огне.


Огнём его глаза меня сжигают
Как две осенние холодные звезды
Его седая борода кружит по ветру
Семь слёз больших в глазах. Как от большой беды.

Несёт меня он. Взял меня на руки
Сквозь города, деревни, выгребные ямы
И города малы, деревни вдруг огромны
Но он шагает через них упрямо.

И говорит мне дед: «Ты помнишь, Ицик,
Давно, назад тому уж много-много лет.
Как мне явился с волей Б-га Б-жий ангел
И дан был ангелу священный мой обет.

Сейчас же передумал старый Б-г
И просит у меня он не ягнёнка крови красной
Хоть сколько раз уже я раньше жил
И сколько умирал, - но всё напрасно.

Конец. Конец! Его мне милость не мила.
И что бы Он там, в небесах не думал…
Как Иче, хорошо, что твоя мама умерла.
Она бы плакала…» Тут тихо ветер дунул…

Несёт меня мой дед. Мой добрый балагур-извозчик
Сквозь города, деревни, выгребные ямы
И города малы, деревни вдруг огромны,
И он шагает через них упрямо.


Оригинал на еврейском языке:

АКЕЙДЭС ИЦИК

Виг мих, виг мих, блиндэр гойрл,
Их холэм мит офэнэ ойгн,
Ун зэ – а гройсэр зилбэрнэр фойгл
Кумт ибэрн ям гефлойгн,

Вос трогт фар мир дэр зилбэрнэр фойгл,
Эйн Гот ин hимл кен висн,
Эфшер майн зэйднс кидэш-бэхэр
Мит эрцисроэл-вайн зисн.

Нор вэр hот дэрмонт майн зэйднс номэн?
От шпант цу мир дэр зэйдэ,
Дэр балаголэ фун Стопчет:
“Ицик, с’из грейт ди акейдэ. ”


Ун зайнэ ойгн брэнэн аф мир,
Ви цвэй hарбстике штэрн,
Зайн гроэ борд из фарлофн мит винт
Ун мит зибн гройсэ трэрн.

Фирт мих дэр зэйдэ ба дэр hант
Ибэр штэт ун дэрфэр ун грибэр –
Ди штэт зэнэн клэйн, ди дэрфэр гройс
Ун мир шпрайзн ибэр зэй арибэр.

Зогт дэр зэйдэ: “Ицик, гедэйнкст –
Цурик мит азойфил йорн –
Вэн с’hот зих дэр малэх цу ундз антплэкт
Ун ду бист ницл геворн?

Ицт hот эр харотэ, дэр алтэр Гот
Ун эр монт ба мир дэр корбн,
Хоч х’hоб шойн азойфил мол гелэбт
Ун бин шойн азойфил мол гешторбн.

А соф, ан эк, их дарф нит зайн гнод
Ун зол эр ин hимл нит мэйнэн –
Ицик, с’из гут вос дайн мамэ из тойт
Ун зи вэт фаршпорн цу вэйнэн. ”

Фирт мих дэр зэйдэ ба дэр hант
Ибэр штэт ун дэрфэр ун грибэр –
Ди штэт зэнэн клэйн, ди дэрфэр гройс
Ун мир шпрайзн ибэр зэй арибэр.
Subscribe

  • НОЧНЫЕ УРОКИ

    Ночное урочище. Вселенная кедровых лап. То медленно чертящих в воздухе Свои загадочные письмена, То задумчиво машущих небу, траве и звѐздам: «Добрых…

  • ЗИМНИЙ ДОЖДИК

    Снегири - Капли взъерошенного неба На белом снегу.

  • ВЕТЕРКОВЫЙ НОВЫЙ ГОД

    Ветер гонит тучи листьев с жѐлтых крыш Ветер весело хохочет и поѐт: "Эй! Всѐ зло и горе - ну-ка... Кыш! Нынче - праздник! Ветерковый! Новый! Год!!!"

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 32 comments

  • НОЧНЫЕ УРОКИ

    Ночное урочище. Вселенная кедровых лап. То медленно чертящих в воздухе Свои загадочные письмена, То задумчиво машущих небу, траве и звѐздам: «Добрых…

  • ЗИМНИЙ ДОЖДИК

    Снегири - Капли взъерошенного неба На белом снегу.

  • ВЕТЕРКОВЫЙ НОВЫЙ ГОД

    Ветер гонит тучи листьев с жѐлтых крыш Ветер весело хохочет и поѐт: "Эй! Всѐ зло и горе - ну-ка... Кыш! Нынче - праздник! Ветерковый! Новый! Год!!!"